Притча Сущность правителей Поднебесной
Даосская притча
Конфуций встретился с Лао-цзы и заговорил о милосердии и справедливости.
— Если, провеивая мякину, засоришь глаза, — сказал Лао-цзы, — то небо и земля, все четыре страны света поменяются местами. Если искусают комары и москиты, не заснёшь всю ночь. Но нет смуты большей, чем печаль о милосердии и справедливости — она возмущает моё сердце. Если бы вы старались, чтобы Поднебесная не утратила своей простоты, вы бы двигались, подражая ветру, останавливались, возвращаясь к природным свойствам. К чему же столь рьяно, будто в поисках потерянного сына, бьёте во все неподвижные и переносные барабаны? Ведь лебедь бел не оттого, что каждый день купается; а ворона черна не оттого, что каждый день чернится. Простота белого и черного не стоит того, чтобы о ней спорить; красота имени и славы не стоит того, чтобы её увеличивать. Когда источник высыхает, рыбы, поддерживая одна другую, собираются на мели и стараются дать друг другу влагу дыханием, слюной. Но лучше им забыть друг о друге в просторах рек и озёр.
Повидавшись с Лао-цзы, Конфуций вернулся домой и три дня молчал.
— С чем вы, учитель, вернулись от Лао-цзы? — спросили ученики.
— Ныне в нём я увидел Дракона, — ответил Конфуций. — Дракон свернулся в клубок, и образовалось тело, расправился, и образовался узор, взлетал на облаке, на эфире, кормился от сил жара и холода. Я разинул рот и не мог его закрыть. Как же мне подражать Лао-цзы!
— В таком случае, — спросил Цзы-Гун, — не обладает ли тот человек неподвижностью Покойника и внешностью Дракона, голосом грома и молчанием пучины, не действует ли подобно небу и земле? Не удостоюсь ли и я, Сы, его увидеть? — и от имени Конфуция Цзы-Гун встретился с Лао-цзы.
Лао-цзы только что уселся на корточки в зале и слабым голосом промолвил:
— Годы мои уже на закате, и я ухожу. От чего вы хотите меня предостеречь?
— Почему только вы, Преждерождённый, считаете, что три царя и пять предков не были мудрыми? — спросил Цзы-Гун. — Ведь они управляли Поднебесной по-разному, слава же им выпала одинаковая.
— Подойди поближе, юноша, — сказал Лао-цзы. — Почему ты считаешь, что управляли по-разному?
— Высочайший передал власть Ограждающему, Ограждающий — Молодому Дракону, — сказал Цзы-Гун. — Молодой Дракон применял силу физическую, а Испытующий — военную. Царь Прекрасный покорялся Бесчеловечному и не смел ему противиться. Царь Воинственный пошёл против Бесчеловечного и не захотел ему покориться. Поэтому и говорю, что по-разному.
— Подойди поближе, юноша, — сказал Лао-цзы. — Я тебе поведаю, как управляли Поднебесной три владыки и пять предков. Жёлтый Предок, правя Поднебесной, привёл сердца людей к единству. Когда родители умирали, дети их не оплакивали и народ их не порицал. При Высочайшем в сердцах людей Поднебесной появились родственные чувства. Если из-за смерти своих родителей люди придавали меньшее значение смерти чужих родителей, народ их не порицал. При Ограждающем в сердцах людей Поднебесной зародилось соперничество. Женщины родили после десяти лун беременности, дети пяти лун от роду могли говорить; ещё не научившись смеяться, начинали узнавать людей, и тогда стали умирать малолетними. При Молодом Драконе сердца людей Поднебесной изменились. У людей появились страсти, а для применения оружия — обоснования; убийство разбойника не стали считать убийством. Разделили на рода людей и Поднебесную для каждого из них свою. Поэтому Поднебесную объял великий ужас. Поднялись конфуцианцы и моисты. От них пошли правила отношений между людьми, а ныне ещё и отношений с жёнами. О чём ещё говорить! Я поведаю тебе, как три владыки и пять предков наводили порядок в Поднебесной. Называется — навели порядок, а худшего беспорядка ещё не бывало. Своими знаниями трое владык наверху нарушили свет солнца и луны, внизу — расстроили сущность гор и рек, в середине — уменьшили блага четырёх времён года. Их знания более ядовиты, чем хвост скорпиона, чем зверь сяньгуй. Разве не должны они стыдиться? Ведь, не сумев обрести покой в собственной природе, они сами ещё считали себя мудрецами. Они — бесстыжие!
Цзы-Гун в замешательстве и смущении остался стоять на месте.
36 стратагем Басни Басни Александра Сумарокова Басни Владимира Шебзухова Басни Жана де Лафонтена Басни Ивана Крылова Басни Леонардо да Винчи Басни Сергея Михалкова Басни Эзопа Библейские притчи Большие притчи Буддийские притчи Ведические притчи Восточные притчи Греческие притчи Даосские притчи Даосские притчи от Чжуан-цзы Деловые притчи Деловые притчи о Пути торговли Дзэнские притчи Еврейские притчи Индийские притчи Исторические притчи Китайские притчи Конфуцианские притчи Короткие притчи Маленькие притчи Мифы Древней Греции Мифы и легенды Мифы индейцев Майя Новые притчи Поэзия Православные притчи Притчи Притчи для детей Притчи от Ошо Притчи про Насреддина Современные притчи Сутра ста притч Суфийские притчи Суфийские притчи от Джами Суфийские притчи от Руми Хасидские притчи Христианские притчи Эзотерические притчи