Большие притчи

Притча Как падишаха из гарема выманили

Индийская притча

Заслушался однажды падишах пением в гареме. А были там в тот день все его жёны. Весёлый праздник устроили они. «Хорошо бы, — думают, — падишах прельстился весельем и любовными утехами и хоть несколько дней у нас провёл». И, правда, падишах охотно тешился с ними.

Наступила ночь. Одна из жён, по прозвищу «Сладкоголосая», запела песню о разлуке. Растаяло у Акбара сердце от печальной песни, и он спросил:

— Что ты хочешь сказать своей песней?

— Господин! — ответила жена. — Вы всё время проводите на войне, а мы здесь сохнем в разлуке с вами, каждый час нам годом кажется. Хорошо ли это, о, господин? Как выскажу я словами всё, что у меня на сердце? Про это знает только Господь Бог. И нынешнего дня мы столько ждали, столько ждали, а вы всё не освобождались от ратных дел, не приходили в гарем! По справедливости, не подобает вам бросать нас и снова уходить.

— Дорогие мои! Вы думаете, что я ухожу только ради ратных дел, но это не так. Больше приходится присматривать за подданными. Не делай я этого, разве устояла бы такая большая империя? Но просьбу я, так и быть, выполню, побуду у вас дня три-четыре. Больше никак нельзя. Не то мои утехи мне боком выйдут: рассердятся на меня военачальники, царевичи и поднимут бунт. Тяжко мне тогда придётся. Об этом вы подумали? Правда, на досуге я езжу на охоту и забав не чураюсь. Могу и с вами побыть недолго. Хватит вам этого или всё ещё мало? — спросил Акбар.

Смутилась от резких речей падишаха шахиня и ответила мягким голосом:

— Господин! Правильно вы всё говорите и всё-таки подумайте и о нас, ваших жёнах: как мы тут взаперти дни и ночи маемся, словно животные на привязи. Так и будем жить?

Сразу заговорила и другая жена:

— Всем известна ваша справедливость. Вы склоняете ухо к просьбам и самого мелкого чиновника. Почему же вы нас не выслушаете? Но уж сегодня мы вас отсюда не выпустим. А после — воля судьбы. Не хотим хвастать, но как вы уйдёте без нашего позволения?

Третья жена улыбнулась, стрельнула глазами в падишаха и заворковала:

— Какие вы, право, сестрицы! Наш господин на весь свет славится своей добротой. Он, конечно, услышит наши мольбы и не покинет нас, никуда не уйдёт. Если не верите мне, давайте побьёмся об заклад, проиграю — можете отрубить мне руку.

— Сестрицы, — кокетливо сказала четвёртая шахиня, — зачем столько упрашивать да уговаривать? Ведь наш господин не говорит «нет», а молчание, как известно, знак согласия.

Улестили жёны лукавыми взглядами да ужимками падишаха. Не знал он, как и что отвечать, и совсем растаял.

— О, жёнушки! Я счастлив вашей любовью и, верьте слову, останусь с вами.

Только он это сказал, как шахини принялись от радости прыгать и кружиться.

Проходили дни, а жёны всё новые любовные утехи и забавы придумывали. Забыл падишах про дарбар и заботы о том, что делается в его царстве и чего не делается.

Минуло вот уже несколько месяцев с тех пор, как из дворца пропал падишах. Осиротевшие придворные без устали разыскивали государя, но никак не могли узнать, где же он скрывается — ведь в гарем даже ветерку не пробраться. Стали вельможи опасаться, как бы не случился бунт в государстве, и всё больше тревожились: что же будет без падишаха?

А Акбару любовный дурман совсем голову затуманил. Он уж и не понимает, утро ли, вечер ли на дворе. А жёны заранее между собой договорились никому не рассказывать, что падишах у них. Не то, мол, придумают вельможи хитрость, уведут их господина — и конец веселью. Больше всех боялись шахини Бирбала и поэта Ганга.

Замерли все дела. Множество послов приехали ко двору из чужих земель, но видели они лишь пустой трон и немало тому удивлялись. Тень стыда стала ложиться и на лица горожан. Небывалое дело — вот уже десятый месяц, как падишах пропал!

Мало-помалу стали у людей нехорошие мысли возникать, принялись они своевольничать. Придворные узнали об этом от соглядатаев и убоялись, как бы чужеземные послы не начали строить козни против державы. Бирбал понял, что быть беде, если не найдётся государь немедленно. И решил он взять это дело на себя. Собрались тайно на совет самые главные советники и сановники. И сказал им Бирбал такие слова:

— Друзья! Слухи о том, что падишах пропал, дошли и до дальних стран. Трудно нам стало удерживать управление царством. Чужеземные послы, видно, уже плетут сети интриг против нас. Не дай Бог, нападут сейчас враги — не отбиться, не оборониться. Надо нам засучить рукава и, не ведая ни сна, ни отдыха, приняться за розыски падишаха.

Знаменитый Тодар Мал, главный вельможа при дворе, сказал:

— Бирбал! По-моему, сначала надо осмотреть те места во дворце, куда вам одному входить дозволено.

— Да я уж давно всё осмотрел. Сил моих не хватает искать в одиночку, вот я и завёл с вами этот разговор.

Тут заговорил поэт Ганг:

— Велико было моё желание увидеть падишаха, и вот вчера я встретил его.

Словно дождём смочило засохшую траву — выпрямились вельможи, подняли поникшие головы, глаза у всех заблестели!

— Где вы видели падишаха? — спросил Бирбал.

— Он спал в комнате шахини Диларам, — ответил Ганг.

— Так, жена заманила и полонила своей любовью его величество. Жди его теперь в дарбаре! — проговорил с тоской Бирбал.

— Головой рисковал, чтобы проведать, где он, — рассказывал поэт Ганг. — А уж выжить его оттуда — дело непосильное.

— Только одному человеку оно под силу — славному поэту Гангу, — подзадорил Бирбал.

— Братец, это будет не просто благодеяние, — добавил другой советник. — Бессмертной станет слава того, кто уведёт оттуда падишаха. Ведь этим сотворит он благо для бессчётного числа людей. Не медлите, почтеннейший Ганг, беритесь за дело.

— Хорошо же вы решили! — с досадой отозвался поэт. — Как видно, хотите моей погибели.

Хан-и-ханан до того помалкивал, но, увидев, что Ганг увиливает, вставил своё слово:

— Ганг, дорогой! Для вас в этом деле ничего опасного нет. Может, падишах и рассердится, но как увидит вас — устыдится, вернётся.

Ганг, однако же, не сдавался:

— А козни шахинь? Разозлятся они на меня да наплетут невесть чего падишаху, а ему ведь и казнить меня недолго. Что тогда будет с моей семьёй, с детишками? Слезами изойдут, без смерти умрут. Вытянуть падишаха из гарема не легче, чем схватиться с тигром.

— Сейчас надо вызволять его величество из гарема, а уж больше он не попадёт под власть жён. Удивляюсь я, как это они его заманили и опутали, — уговаривал поэта Бирбал.

Долго ещё уговаривали Ганга советники, пускали в ход и похвалы и лесть. Не мог поэт больше упираться.

— Все вы сговорились против меня. Знать, пришёл час класть голову на плаху. А если поднимется надо мной меч палача, встанет ли кто-нибудь на мою защиту? — голос у Ганга задрожал.

— О, лучший из поэтов! — заговорил Бирбал. — Мы все станем просить за вас. Неужели же мы не тронем сердце падишаха?

Сдался на уговоры вельмож поэт Ганг. «Ладно, — думает, — не будет мне покоя, пока не выманю падишаха из гарема». Обрадовались придворные и на радостях дали обет принести Господу благодарственную молитву.

Теперь вся забота легла на Ганга. «Если и впрямь одному мне это дело исполнить суждено, то нечего мешкать, — рассуждал он сам с собой. — Сегодня же всё и сделаю. Ведь это — царский двор, доносчиков полным-полно, проведают шахини про наш сговор — тогда всё пропало! Так упрячут падишаха, что я и не доберусь до него. К тому же и поэт один советовал: «Всё назначенное на завтра сегодня закончить спеши. Мир так непрочен, — успеешь ли задуманное свершить?» Справедливыми были мысли Ганга. Хорошо, уж так хорошо знал он тайны шахских жён, как никто другой. Ведь он был поэтом, ему ли не знать женского сердца!

Ганг дождался ночи, переоделся и принял обличье страшного ракшаса. Ещё днём велел он сшить себе длинную чёрную чадру и высоченную чёрную шапку. В полночь Ганг укутался в чадру, надел шапку, привязал за петлю к руке толстую палку и вышел из дому. На другой руке висели чётки. Лицо его закрывала маска ракшаса.

Осторожно крадучись, пробирался поэт по переулкам. Вот и ворота сада, окружающего гарем. Ганг остановился в раздумье. «Если я войду через главные ворота — сразу же налетят стражники, — подумал он. — Лучше пройду через потайную калитку».

Шла четвёртая ночная стража. Из одного окошка падал тусклый свет. Подкрался Ганг поближе и увидел, как падишах моет руки, полощет рот. Со всех сторон его охраняли караульщицы. «Конечно, у Акбара тут одни утехи да радости, — думал Ганг. — Ну, кто станет бросать райские услады ради мирских треволнений? Найдётся ли такой подвижник? Помешаешь Акбару наслаждаться — и поплатишься головой. Но что делать? Раз обещал, отступаться нельзя. Долг исполнять надо. Воздаяние в руках Всевышнего».

Укрепил Ганг свой дух такими рассуждениями, подошёл к окну и гаркнул изо всех сил:

— Эй, падишах! Ты себя человеком считаешь, а сам совсем разум потерял. Люди, со стороны глядя, зовут тебя жеребцом и ослом! Есть ещё время, опомнись, ступай отсюда прочь!

Прокричал поэт эти слова и пустился наутёк. Бежал что есть духу, ни один быстроногий бегун его не догнал бы. А падишах крикнул в ярости:

— Эй, кто там! Убить нечестивца сей же миг!

Хоть и бежал со всех ног бедный Ганг, не миновал всё же рук стражников. Изловили его, узнали да догадались, что неспроста он в гарем пробрался. Если бы простой был вор, они бы с ним сразу разобрались, а убьёшь поэта — наживёшь беду, чего доброго и жизни лишишься. И заперли пока стражники Ганга в темницу.

Весь красный от гнева Акбар вышел из дворца, никак жёны не могли его удержать — он и слушать ничего не хотел. Рассердились шахини на придворных за эту проделку, всячески ругали их, одно их утешало: поймали того, кто увёл падишаха из гарема, и, конечно, казнят.

— Вот теперь все запомнят, какая беда ждёт наших злопыхателей, — говорили они меж собой.

А вельможи и радовались, и печалились: падишах-то освободился из женских сетей, зато поэт Ганг попал в беду. На другой же день Акбар велел глашатаям возвестить о своём возвращении. Народ возликовал, а злоумышленники убоялись начинать бунт.

Шли на дарбар вельможи, шли чиновники со всех концов города, шли люди из народа. Грозный, с нахмуренным челом, восседал на троне падишах. Впервые за девять месяцев сегодня народ увидел падишаха. Придворные делали ему салам и по чинам садились на места. Никто не смел взглянуть государю в глаза, головы у всех были опущены.

Солдаты привели поэта Ганга. На нём было то же платье, что ночью, руки связаны. Вазир и советники удивились его виду. В душе они молили Бога за поэта. Каждый хотел за него заступиться, жизни не жалея, ждали только подходящей минуты. Падишах не узнал Ганга в диковинном наряде и маске чудища.

— Кто это? Злой дух, ракшас, чудовище?

«Настал мой час», — подумал Ганг и отвесил падишаху низкий поклон. Тут высокая шапка с маской свалилась и открылось его лицо.

— Ганг! — вскричал падишах. — Как посмел ты войти в мой гарем? Смертная казнь — вот кара за твою вину.

А несчастный поэт стоит со связанными руками, слова вымолвить не может. Услышал палач слова Акбара, выхватил из ножен меч и шагнул вперёд. Ганг стал считать свои последние минуты. Поглядел он на вельмож, глаза с одного на другого переводит и всех о помощи взглядом и знаками молит. Да все боятся за собственную жизнь, где уж там помогать ему. Даже глаз на Ганга поднять не смеют. Падишах заметил и взгляды, и знаки Ганга и не утерпел:

— Ганг! Ты что за представление тут разыгрываешь? Дарбар это или театр?

Не мог больше Ганг терпеть. Чёрная неблагодарность вчерашних друзей-советчиков колола его, словно острое копьё. Чего только они ни сулили вчера — готовы были усадить его на колесницу и живым в рай поднять, а теперь никто даже глазом не поведёт в его сторону! Будто и не знают, что его ждёт! «Если уж мне умирать придётся, проучу я их за вероломство, чтобы впредь неповадно было», — подумал Ганг, кивнул на вельмож и ответил падишаху:

— Владыка мира! Да ведь из-за этих вельмож, из-за их хитрых козней попал я в такую беду. Это они во всём виноваты.

И он поведал падишаху про тайный совет, про то, как они его уговаривали да подстрекали. Рассказ поэта удивил и позабавил падишаха. Что ж, выходит, вчера советники обещали спасти Ганга, а сегодня и не пикнут. Очень смеялся Акбар. Весело стало у него на душе, и он Ганга помиловал. Ведь Ганг старался ради блага государства! Акбар щедро наградил поэта и сказал ему в поучение:

— Послушай, великий поэт, что я тебе скажу, и хорошенько запомни мои слова. Сладкоречивые люди никогда не держат слова. Не верь речам, пока не узнаешь, что на душе у сладкоречивого.

А лукавых придворных падишах попрекнул:

— Вы бедного старика на смерть послали, а ведь ни один не встал на его защиту, когда он в беду попал. Подобает ли вам так поступать?

За всех ответил Бирбал:

— Владыка мира! Всей душой мы великому поэту благодарны. Он своей жизни не пожалел, хотел других спасти. Но вы, как все знают, мудрый и милостивый государь, и его смерти ведь не допустите. Вмешайся мы, разгорелся бы ваш гнев ещё сильнее, и что бы тогда получилось? Вот об этом-то мы заранее и подумали, оттого и молчали.

Покончил падишах с этим делом. Стал он каждый день приходить в дарбар, подолгу заниматься делами, и скоро решил всё, что за эти месяцы накопились.

YouTube-канал «Искусствовед Ольга Д’Арт»

36 стратагем Басни Басни Александра Сумарокова Басни Владимира Шебзухова Басни Жана де Лафонтена Басни Ивана Крылова Басни Леонардо да Винчи Басни Сергея Михалкова Басни Эзопа Библейские притчи Большие притчи Буддийские притчи Ведические притчи Восточные притчи Греческие притчи Даосские притчи Даосские притчи от Чжуан-цзы Деловые притчи Деловые притчи о Пути торговли Дзэнские притчи Еврейские притчи Индийские притчи Исторические притчи Китайские притчи Конфуцианские притчи Короткие притчи Маленькие притчи Мифы Древней Греции Мифы и легенды Мифы индейцев Майя Новые притчи Поэзия Православные притчи Притчи Притчи для детей Притчи от Ошо Притчи про Насреддина Современные притчи Сутра ста притч Суфийские притчи Суфийские притчи от Джами Суфийские притчи от Руми Хасидские притчи Христианские притчи Эзотерические притчи

Притча Вероломный друг

Индийская притча

Жили в Дели два купца — Мотичанд и Рамдас. Крепкая дружба была между ними. Однажды Мотичанд беседовал со своей женой, как вдруг она перебила его и стала просить:

— Дорогой супруг! Мы уже стареем, деньги у нас, слава Богу, водятся, а что нам это богатство? Ни одной пайсы не потратили мы на богоугодные дела. Прошу вас, свозите меня на богомолье в святые места. Эта заслуга вам потом зачтётся.

Поразмыслил Мотичанд и дал своё согласие:

— Ладно, милая, поедем. Только прежде надо мне уладить свои дела. На это уйдёт не меньше месяца, а ты пока готовься в дорогу.

Расплатился Мотичанд с долгами, получил деньги со своих должников и пошёл к другу Рамдасу.

— Друг мой! Захотелось нам съездить к святым местам, а дом и хозяйство оставить, кроме тебя, не на кого. Если ты возьмёшь это бремя на себя, то и нас выручишь и тебе доброе дело зачтётся.

— На то ведь и друзья, чтоб из беды выручать. Для меня это сущий пустяк. Завтра я приду к вам и сделаю опись всего имущества в доме, а когда приедете назад, по описи сдам вам все вещи.

Так он и сделал. Оставил с лёгким сердцем Мотичанд на друга свой дом, а сам с женой уехал на богомолье.

Целых четыре года ездили они по святым местам. А когда возвратились, застали свой дом в запустении. Замков нет, по комнатам ветер гуляет, там, где стояли вещи, большие мышиные норы виднеются. Полный разор. Мотичанд подумал: «Может, Рамдас забрал мои пожитки и перевёз куда-то?»

Пошёл он к другу, спрашивает про здоровье, про житьё-бытьё, а тот повздыхал только и молчит. Но стоило попросить Мотичанду отдать его добро, как сразу же Рамдас переменился, насупился, нахмурился и говорит в ответ:

— Да у тебя совсем стыда нету! Какое такое твоё добро ты требуешь? Я про твоё добро знать не знаю и ведать не ведаю.

Содрогнулась душа у Мотичанда от такого вероломства друга. Но, как известно, правда и огня не боится. Он напомнил Рамдасу:

— Я ведь тебе оставил всё своё хозяйство, дом, вещи, поэтому с тебя и требую. Верни моё добро, а насмешки да шутки в этом деле не к месту. Тут вся моя жизнь решается.

— Да ты никак спятил! — закричал Рамдас. — Опомнись, что ты! Никакого твоего добра, ни одной соломинки, я и в глаза не видал. Уходи-ка отсюда подобру-поздорову, для тебя же лучше будет. А не то вытолкаю взашей. Мы не в бирюльки играем, и я с тобой не шучу.

Обидно и горько стало Мотичанду от таких слов. Задумался он, а потом решил усовестить друга.

— Послушай, Рамдас! Всем сердцем верил я тебе и потому поручил всё своё имущество, а ты, мой самый близкий друг, решил меня обмануть. Вот как ты платишь мне за доверие! Ты всегда славился добрым сердцем, откуда же взялось в тебе такое зломыслие? Зря берёшь грех на душу! Не отдашь чужое добро теперь — на том свете, на божьем суде, будешь расплачиваться. Есть ещё время, подумай хорошенько и верни моё имущество по-хорошему. Кто совесть теряет — всегда кается.

Взбесили Рамдаса эти слова, и начал он поносить Мотичанда. Понял тот, что от перебранки толку не будет, и ушёл. Ведь опись его имущества осталась у Рамдаса, теперь и в суд не пойдёшь — как доказать свою правоту?

Отправился Мотичанд за советом к Бирбалу, с которым был он давно знаком. Рассказал ему про свою беду всё от начала до конца и спросил, как вернуть добро.

— Иди-ка ты сейчас домой да отдохни, а через несколько дней придёшь, и я подскажу тебе, что делать, — обнадёжил его Бирбал.

Повеселел Мотичанд и пошёл домой.

На четвёртый день послал Бирбал слугу за Рамдасом. Как говорится, «на воре шапка горит». У Рамдаса сердце ёкнуло: «С чего это я Бирбалу вдруг понадобился? Не Мотичанд ли нажаловался? Но у него нет ни моей расписки, ни свидетелей, как он докажет, что отдал мне своё добро?» — так думал Рамдас, а тревога сжимала ему сердце.

Бирбал встретил его приветливо и повёл беседу так, словно и не знал про его дела с Мотичандом. Поговорили о том, о сём, а потом Бирбал сказал:

— Рамдас, дорогой! Мы ведь с тобой старые друзья. Нынче как раз подоспел случай выказать тебе мою дружбу на деле. По приказу падишаха скоро откроется ещё один суд. Я хлопочу, чтобы тебя туда судьёй назначили. Обдумай всё и дай мне ответ.

От такой новости у Рамдаса даже сердце захолонуло: экое счастье привалило — стать судьёй! Честь-то какая! Только бы, упаси Бог, ничего не помешало!

— Господин вазир! — сказал он радостно. — Ваша воля — закон, готов служить душой и телом. Вот увидите, будете всегда мной довольны.

— Так я и думал, потому и позвал тебя. Как случай представится, буду просить за тебя падишаха.

Поклонился Рамдас и вышел, от счастья ног под собой не чуя. Всё в памяти слова Бирбала перебирал. То надежда в душе засияет, то отчаяние свет застит.

На другой день Бирбал сказал Мотичанду:

— Теперь иди снова к Рамдасу и требуй своё имущество. Если он откажет, пригрози подать мне жалобу. Посмотришь, каким голосом он теперь запоёт.

Повеселел Мотичанд от слов Бирбала. Назавтра чуть свет поднялся и пошёл к Рамдасу. Опять стал он своё имущество требовать, а Рамдас, уже решившись на бесчестье, так и стоит на своём — наотрез отказывается, да ещё кричит сердито:

— Ты что это повадился сюда ходить и приставать ко мне? Убирайся да помалкивай, если добра себе желаешь.

— Раз ты, Рамдас, позабыл нашу старую дружбу, решился на подлость, придётся мне теперь пойти к Бирбалу и подать на тебя жалобу.

Услышал Рамдас имя Бирбала и перепугался. Стал он в уме прикидывать: «Бирбал меня в судьи прочит, а Мотичанд придёт к нему и нажалуется, какая же тогда вера мне будет? Отдам-ка я лучше вещи: он утихомирится, и Бирбал ничего не узнает. Что стоят вещи перед той выгодой, какую получает судья?»

Обдумал Рамдас это дело хорошенько и говорит Мотичанду:

— Эх, друг, зря ты так убиваешься. Я ведь только пошутил, хотел испытать, на что ты ради нашей дружбы способен. Забирай сейчас же своё добро. Если бы ты сегодня не пришёл, то я и сам приказал бы слугам отнести всё к тебе домой.

И отдал Мотичанду его имущество.

Вечером встретился Мотичанд с Бирбалом и стал его благодарить от всей души.

А Рамдас остался ни с чем. Про судейскую должность, конечно, и говорить нечего. Бирбал приказал, чтобы он ему и на глаза не показывался.

Настигло Рамдаса возмездие за дела его: он разорился и пошёл с сумой, чтобы прокормить своих детей.

YouTube-канал «Искусствовед Ольга Д’Арт»

36 стратагем Басни Басни Александра Сумарокова Басни Владимира Шебзухова Басни Жана де Лафонтена Басни Ивана Крылова Басни Леонардо да Винчи Басни Сергея Михалкова Басни Эзопа Библейские притчи Большие притчи Буддийские притчи Ведические притчи Восточные притчи Греческие притчи Даосские притчи Даосские притчи от Чжуан-цзы Деловые притчи Деловые притчи о Пути торговли Дзэнские притчи Еврейские притчи Индийские притчи Исторические притчи Китайские притчи Конфуцианские притчи Короткие притчи Маленькие притчи Мифы Древней Греции Мифы и легенды Мифы индейцев Майя Новые притчи Поэзия Православные притчи Притчи Притчи для детей Притчи от Ошо Притчи про Насреддина Современные притчи Сутра ста притч Суфийские притчи Суфийские притчи от Джами Суфийские притчи от Руми Хасидские притчи Христианские притчи Эзотерические притчи

Притча Бирбал уберёг свою веру

Индийская притча

Вторым человеком в государстве после падишаха, был вазир. И никак мусульманская знать не могла смириться с тем, что такой высокий пост занимает индус. К тому же при Бирбале и веру индусскую притеснять не смели. Оттого-то придворные лютой ненавистью Бирбала ненавидели.

Собрались однажды эти вельможи и устроили заговор против Бирбала, поклялись заронить в сердце падишаха недоверие к вазиру. Стали они сочинять всякие доносы, подавать Бирбалу на суд ложные жалобы. Но умный Бирбал все их хитрости разгадывал и на удочку не попадался. Он так ловко и разумно вершил суд, что его недруги-вельможи только зубами скрежетали.

Падишаху интриги вельмож были совсем не по сердцу, но он их не наказывал. «А ведь все козни только из-за того, что Бирбал — индус, — как-то пришло ему в голову. — Обратить бы его в мусульманскую веру, и пришёл бы конец всем раздорам при дворе».

Думал, думал падишах и придумал, как сделать Бирбала мусульманином. Стал он его настойчиво звать к столу всякий раз, когда садился за трапезу (брахманам не полагалось принимать пищу за одним столом с людьми, не принадлежащими к той же касте, тем более кушанья, приготовленные не брахманом и на чужой посуде). Но и Бирбал не промах — всякий раз придумает причину и откажется. Проходит месяц, другой, падишах что ни день приглашает Бирбала к столу, а тот знай отнекивается.

Но вот однажды Бирбал с головой ушёл в дела, а падишах вдруг и говорит:

— Бирбал, завтра ты со мной обедаешь.

Бирбал возьми и согласись, не подумав, — в голове-то совсем другие мысли были. Оплошал на этот раз. А слыл он своему слову хозяином, что падишах хорошо знал. «Принял-таки Бирбал моё приглашение», — ликовал Акбар. Известил он об этом самых именитых мусульманских вельмож и поздравил их с приятной новостью. А те себя не помнили от радости: «Вот и примет Бирбал мусульманскую веру». И не было для них вести счастливее.

Устал Бирбал от дел и прилёг отдохнуть, а помощник его, тоже индус, говорит с укоризной:

— Господин вазир! Не подумав, видно, дали вы сегодня падишаху такое обещание.

Припомнил Бирбал, как было дело, и в глазах у него потемнело. «Что же это, выходит, придётся мне завтра стать мусульманином? Неужто погибнет моё доброе имя? Разве вынесу я упрёки родичей и общины? Как покажусь я на глаза индусам, коль пообедаю с падишахом?» Горькие думы совсем одолели Бирбала. Видит он, что работа на ум не идёт, пошёл домой, но и дома нет ему покоя: сушит душу забота. Настал вечер — Бирбал не ест, не пьёт, ночь уж на дворе — ему всё не спится. Так до утра глаз и не сомкнул, а домашним ничего не сказал: стыдно было.

На другой день с утра пораньше Акбар приказал готовить роскошный праздничный обед. Стали всякую снедь варить да жарить. По такому поводу на обед были званы многие богачи и вельможи из числа мусульман.

Пришло время обеда, собрались гости, и падишах послал за Бирбалом. Вот уж и столы накрыты, поданы яства на золотых и серебряных блюдах, богачи и вельможи по чинам за столы уселись. Пришёл государев посланец за Бирбалом, а на нём лица нет. Да делать нечего, надел он своё придворное платье и пошёл во дворец. Идёт, не торопится, по сторонам поглядывает, ко всему присматривается. Вдруг он заметил, как ювелир в своей лавчонке кисточкой из свиной щетины товар чистит, и тут Бирбала осенило: тотчас зашёл он в лавку и купил у ювелира кисточку.

Пришёл вазир во дворец и видит: все сидят на своих местах, только его дожидаются. Падишах с очень довольным видом Бирбала приветил ещё радушнее, чем всегда. Именитые мусульмане встали и Бирбалу почтительно поклонились. На радостях падишах усадил его с собой рядом. Тогда Бирбал учтиво говорит:

— Владыка мира! Вот я и пришёл обедать, по вашему приглашению, только прошу: позвольте мне есть по обычаям моей касты.

— Охотно позволяю! — отвечает падишах. — Ешь, как велят обычаи твоей касты.

— Тогда хочу заранее предупредить, ваше величество, что мне придётся все эти блюда побрызгать водой, — говорит Бирбал. — Если же это кому не по нраву придётся, прошу меня не винить.

— Ешь и исполняй за столом обычаи своей касты, — опять говорит падишах. — С этим мы все согласны и перечить тебе не будем, — при этих словах падишах обвёл глазами гостей. Они с одобрением закивали головами.

Бирбал поблагодарил, повеселел и начал исполнять «обычай своей касты». Он налил в чашку воды, макнул в неё кисточку из свиной щетины и брызнул в тарелки на столе. Так он окропил кисточкой все блюда, а под конец брызнул и в тарелку падишаха. Тут вельможа, что сидел рядом с падишахом, разглядел, что у Бирбала в руке, да как закричит:

— Ох! Беда, беда, ведь кисточка-то из свиной щетины!

Всполошились гости, повскакивали, отодвинулись от своих тарелок, на Бирбала посыпались брань и угрозы. Вельможи так разошлись, что вытолкали Бирбала за дверь. Они бы его и поколотили, но ведь ему заранее Акбар позволение дал. Потому молчал и падишах, хотя от гнева весь кипел.

Бирбал не помнил себя от радости. В шастрах — святых книгах — он читал, что веру надо беречь пуще жизни.

За дверью Бирбал наткнулся на придворных-индусов. Они молились богам и предкам за Бирбала. У них от души отлегло, когда они увидели, что Бирбал не стал обедать; он рассказал им, что за столом случилось, и пошёл домой. Дома Бирбал, очистившись омовением и молитвой, пообедал спокойно.

Падишах кое-как утихомирил обозлённых вельмож. Еду он приказал убрать со стола и выбросить. Слуги приготовили другие яства и заново накрыли столы. Только тогда он накормил гостей и сам поел.

Вот так Бирбал отучил падишаха звать его к столу.

YouTube-канал «Искусствовед Ольга Д’Арт»

36 стратагем Басни Басни Александра Сумарокова Басни Владимира Шебзухова Басни Жана де Лафонтена Басни Ивана Крылова Басни Леонардо да Винчи Басни Сергея Михалкова Басни Эзопа Библейские притчи Большие притчи Буддийские притчи Ведические притчи Восточные притчи Греческие притчи Даосские притчи Даосские притчи от Чжуан-цзы Деловые притчи Деловые притчи о Пути торговли Дзэнские притчи Еврейские притчи Индийские притчи Исторические притчи Китайские притчи Конфуцианские притчи Короткие притчи Маленькие притчи Мифы Древней Греции Мифы и легенды Мифы индейцев Майя Новые притчи Поэзия Православные притчи Притчи Притчи для детей Притчи от Ошо Притчи про Насреддина Современные притчи Сутра ста притч Суфийские притчи Суфийские притчи от Джами Суфийские притчи от Руми Хасидские притчи Христианские притчи Эзотерические притчи

Притча Бирбал у малайского раджи

Индийская притча

Однажды на дарбаре у малайского раджи Рохсена все хвалили, прославляли Бирбала, и раджа Рохсен решил проверить его ум. Отправил он Акбару письмо: «Высокородно, да неблагородно, низкородно, да благородно, уличную собаку и осла на троне поскорее достаньте и пришлите мне. Если через шесть месяцев не пришлёте, пойду на вас войной».

Прочитал падишах письмо и даже в лице изменился от тревожных дум, голова кругом пошла. Как раз в это время пришёл в дарбар Бирбал. Видит он, что потемнел лицом падишах, и спрашивает, что его так обеспокоило.

— Слова тут не помогут, читай письмо и сам всё поймёшь. Как достать то, что от меня требуют? Придётся, видно, воевать: понапрасну кровь людская прольётся, а виноват буду я. Вот о чём я горюю.

Прочитал Бирбал письмо и сказал:

— Ничего тут трудного нет, напрасно вы тревожитесь. Напишите радже, что нужно время, дайте, мол, год сроку.

Повеселел падишах, послушался Бирбала — послал письмо радже малайскому. А Бирбал начал искать то, о чём в письме говорилось. Ох, и трудное это было дело! Где тут справиться за год — год всё равно что ничего. Взял он у падишаха лакх рупий на расходы и отправился в столицу раджи Рохсена. Поехал он под видом ростовщика и прихватил с собой всё необходимое, чтобы вести это дело на чужбине.

Снял Бирбал красивый дом как раз напротив дома котвала (градоначальника) и стал деньги в рост давать. Проценты брал небольшие, и дело пошло бойко. А сам времени не терял, старался сойтись поближе со своим соседом котвалом. Бирбал часто устраивал у себя в доме весёлые развлечения, и котвал постоянно приходил к нему послушать пение и музыку, посмотреть танцы. Бирбал привечал и угощал котвала, и очень скоро они подружились. Прослышит котвал про хорошего певца или музыканта и тотчас посылает за ними солдата, а тот ведёт их к Бирбалу. Они поют, играют, танцуют, а хозяин дома щедро их вознаграждает.

Случилось как-то раз одной вешье приехать в тот город. Была она молода, красавица писаная и большая мастерица петь и танцевать. Пожалуй, даже апсары небесные могли бы поучиться у неё этому искусству. Котвал так её нахваливал, что все, кто слушал его, загорались одним желанием — поглядеть на неё и послушать её пение.

— Друг мой! — сказал Бирбалу котвал. — Вы только узнали про неё — и уже сам не свой, а как услышите пение да увидите танцы красавицы, на всю жизнь запомните. Надо, чтобы она спела и станцевала у вас в доме.

Бирбал дал своё согласие.

На другой день, к вечеру, явилась вешья к Бирбалу. Она и вправду танцевала и пела очень искусно. Все гости без устали хвалили её. Спросил Бирбал у котвала:

— Как её наградить?

Котвал поднял два пальца: надо, дескать, дать ей двести рупий. Бирбал тут же деньги отсчитал. Получила красавица щедрую плату и обрадовалась.

— Господин сетх! Никогда не встречала я такого доброго человека. Мне просто не хочется расставаться с вами!

Однажды котвал принялся уговаривать «ростовщика» жениться. Хотелось ему, чтобы тот навсегда остался в этом городе. Бирбал принял совет друга и сказал:

— Я могу жениться только на девушке из знатного рода, господин котвал.

— Это моя забота, — ответил котвал. — Все силы на это положу, а найду вам невесту.

— Воля ваша. Прикажете — женюсь, — промолвил Бирбал.

Котвал котвалом и останется. Кто-кто, а уж он своего добьётся.

Пустился котвал хлопотать и устроил дело — сосватал Бирбалу девушку красивую и родовитую. Даже сумел показать её жениху. Друзья жениха и родные невесты всё обговорили и скоро по законам и обычаям, указанным в шастрах, справили свадьбу. Новобрачная вошла в дом «ростовщика».

Ещё больше сдружились котвал и «ростовщик». Друг без друга и дня прожить не могут. Днём ли, вечером ли, но хоть раз в день непременно свидятся.

А дома «ростовщик» завёл такой порядок: из дому не уйдёт, пока жену по спине плёткой не огреет.

Купил он однажды спелый арбуз, разрезал его пополам и завязал каждую половинку в чистую тряпку. Из узелков, конечно, красный сок закапал. Показал он узелки жене и говорит:

— Смотри, держи язык за зубами, никому ни слова, а не то несдобровать тебе. Я сегодня отрубил головы сыновьям раджи.

Запер он узелки в сундук, хлестнул жену по спине плёткой два раза и вышел из дому. Только он вышел, жена заплакала, заголосила. На её стоны и вопли сбежались соседи. Увидел толпу котвал, кликнул стражников — и к соседу. А женщина рыдала всё громче и громче.

— Ты что плачешь? — спрашивает котвал.

— Сегодня мой муж отрубил головы сыновьям раджи и запер их в сундук. Меня без всякой жалости отхлестал по спине плетью и сказал: «Берегись! Молчи, а коль скажешь кому — пеняй на себя». От его побоев, от боли я и плачу.

Огнём горели у неё на спине рубцы от мужниной плётки. Она оголила спину и показала их котвалу. У него от гнева глаза налились кровью. Немедленно приказал он стражникам найти и арестовать ростовщика. Словно туча саранчи накрыла улицы — то стражники разбежались по городу, искали Бирбала. А он спокойно прогуливался и вдруг был схвачен одним из отрядов стражников. С бранью и пинками приволокли они его к котвалу.

— Господин котвал! — взмолился «ростовщик». — Как же так? Вы мой друг, и при вас солдаты так со мной обращаются!

— Ах ты, убийца! — закричал котвал, нахмурившись. — Ты ещё посмел назваться моим другом, позоришь меня! Нет тебе пощады за такое преступление. Один только раджа может решить твою судьбу.

Котвал привёл Бирбала к радже.

— Владыка мира! Этот человек отрубил царевичам головы.

В порыве гнева раджа, ничего не проверяя, приказал «ростовщика» повесить. Котвал тотчас повёл его к месту казни.

В эту пору с обвиняемым был его старый слуга, хозяин послал его к своей жене за помощью. Поведал ей слуга о беде, что случилась с её мужем, а она в ответ:

— Хорошо ещё, братец, что я жива осталась. Об одном молю, чтобы этого лиходея поскорее повесили. Он всегда так жестоко со мной обращался.

Пошёл слуга к «ростовщику» и всё ему пересказал. Тогда «ростовщик» послал его к вешье и велел сказать, что пойдёт на казнь мимо её дома, пусть, мол, выйдет свидеться, и попросил котвала:

— Господин котвал! Сделайте милость, проведите меня мимо дома вешьи.

Котвал подумал: «В конце концов, бедняга идёт умирать, надо ему снисхождение сделать». Подошёл Бирбал к дому блудницы и дал ей знать о себе. Она выглянула из-за занавески и, увидев его под стражей, стала котвала упрашивать:

— Господин котвал! Очень вас прошу: на два часа задержите казнь этого человека. Я пойду к радже, буду молить его о милости.

И котвалу двести рупий в руку суёт. Знает, что без взятки полиция ничего не сделает. Взял котвал денежки и сразу повеселел.

— Хорошо, иди, я задержу казнь на два часа, но поторопись.

Нарядилась вешья получше, украсила себя драгоценностями и отправилась к радже. Хитростью удалось ей сделать так, что он согласился смотреть её пляски. Начала она петь и танцевать, да так искусно, что совсем покорила сердце раджи.

— Вешья! — воскликнул раджа, — Я очень тобой доволен. Проси какой хочешь награды.

— О раджа! Если вы мною довольны, то даруйте жизнь ростовщику.

— Да ведь его уже, наверно, нет в живых, повесили, как было приказано.

— А если он жив, то прикажите его помиловать, — просила вешья.

Согласился раджа и послал котвалу приказ отпустить ростовщика.

Блудница пешком пришла к месту казни, увела несчастного к себе домой и приняла с большим почётом. Очень она горевала, что он попал в такую беду.

— Об этом ты не беспокойся, милая. Я всё это нарочно подстроил. Теперь я должен вернуться на родину, пробуду там несколько дней, а потом приеду и тебя с собой заберу, — сказал Бирбал, пошёл домой, закончил свои дела и уехал в Дели.

Вскоре он повидался с падишахом и рассказал ему всё, что с ним на чужбине приключилось.

— Владыка мира! Готово всё, что раджа требует.

— А где же это «всё»? — спросил падишах.

— Да я там же пока и оставил, — ответил Бирбал.

Несказанно обрадовался падишах этой вести.

— Теперь мне нужно письмо, чтобы представить радже всё то, что он потребовал, — напомнил Бирбал.

Велел Акбар приготовить письмо на имя раджи и поставил под ним свою печать. Взял Бирбал письмо, ночь побыл с семьёй, а утром вновь собрался в путь. На этот раз он выехал пышно, как и подобает вазиру: со свитой и слугами, со слонами и лошадьми.

Через несколько дней прибыл он в малайское царство. Добрался Бирбал до столицы, поставил шатры под городской стеной и отправил гонца известить раджу о своём приезде. Раджа послал своего вазира встретить Бирбала, и, когда тот приехал во дворец, его приняли с большим почётом. Сам раджа поднялся с места и усадил его возле себя. После вежливых вопросов о здоровье Бирбал подал радже письмо Акбара и сказал:

— Падишах прислал вам всё, что вы требовали.

Очень обрадовался раджа.

— Вы просили «уличную собаку» — это господин котвал. Вот он сидит перед вами, государь. Ещё два ваших желания — это две женщины из вашего города. Велите их привести.

Послали солдат, и вскоре они привели жену Бирбала и вешью.

Тогда Бирбал и поведал всю свою историю:

— О раджа! Одна из них — моя жена. Когда я послал к ней за помощью, она и не подумала о спасении своего супруга. А ведь она из родовитой семьи, значит, про неё можно сказать: «Высокородно, да неблагородно». А эта вешья — женщина низкого происхождения, но все видели, как великодушно она меня защищала. Вот и выходит: «Низкородно, да благородно».

Показав пальцем на котвала, Бирбал сказал:

— О раджа! Этот котвал ведёт себя в точности как уличная собака: пока собаке кидаешь куски — она перед тобой виляет хвостом. Много удовольствия и радости испытал котвал в моём доме, но стоило моей жене сказать, будто я убил царевичей, и он, ничего не проверив, сразу же арестовал меня.

— Так. А «осёл на троне»? — спросил раджа.

— Котвал привёл меня к вам на суд, и вы тут же объявили приговор: повесить. Не узнали даже — убиты ли царевичи или живы. Значит, осёл на троне — это вы. Теперь соблаговолите написать мне расписку, что получили сполна всё, что требовали, — попросил Бирбал.

Закончив дела, он забрал свою законную жену и молоденькую вешью и вернулся в Дели. На другой день он явился в дарбар, всё пересказал и отдал Акбару расписку раджи. Падишах обрадовался такому исходу дела, и за свои труды Бирбал получил щедрую награду.

YouTube-канал «Искусствовед Ольга Д’Арт»

36 стратагем Басни Басни Александра Сумарокова Басни Владимира Шебзухова Басни Жана де Лафонтена Басни Ивана Крылова Басни Леонардо да Винчи Басни Сергея Михалкова Басни Эзопа Библейские притчи Большие притчи Буддийские притчи Ведические притчи Восточные притчи Греческие притчи Даосские притчи Даосские притчи от Чжуан-цзы Деловые притчи Деловые притчи о Пути торговли Дзэнские притчи Еврейские притчи Индийские притчи Исторические притчи Китайские притчи Конфуцианские притчи Короткие притчи Маленькие притчи Мифы Древней Греции Мифы и легенды Мифы индейцев Майя Новые притчи Поэзия Православные притчи Притчи Притчи для детей Притчи от Ошо Притчи про Насреддина Современные притчи Сутра ста притч Суфийские притчи Суфийские притчи от Джами Суфийские притчи от Руми Хасидские притчи Христианские притчи Эзотерические притчи

Притча Ноготь падишаха

Индийская притча

Один падишах лишился на войне большого пальца ноги. Множество лекарей всякими средствами лечили падишаху ногу и добились-таки того, что на месте пальца снова наросло мясо. Только ноготь никак не отрастал. Рассердился падишах на лекарей и велел бросить их в тюрьму. Томились бедняги в заточении, а падишах призывал во дворец всё новых лекарей и требовал, чтобы они вырастили ему ноготь. Те отмалчивались, и тогда падишах сажал их в темницу.

Молва про жестокость падишаха мало-помалу дошла и до дальних стран. Лекарей и знахарей охватил страх: многие спрятались в лесах и среди гор, иные побросали своё занятие и взялись за другие ремёсла, — а несчастные больные мучились без лечения и умирали. Проведал про жестокость того падишаха и Акбар и обеспокоился о судьбе его подданных. Собрал он совет и стал спрашивать, как спасти обездоленный народ в том царстве.

— Владыка мира! — ответил ему Бирбал. — Мне бы только добраться до жестокосердого падишаха, а там уж я придумал бы, как освободить узников.

Для такого дела падишах отпустил Бирбала и дал ему месяц сроку.

Приехал Бирбал под видом лекаря в столицу того царства, приобрёл всё, что для врачевания надо было, и стал бесплатно лечить бедняков. Немало больных излечил он своими лекарствами, и слава о нём разнеслась по всему городу. Многие богачи тайком уговаривали Бирбала:

— Уезжайте, бегите из нашего города, не то падишах и вас в темницу бросит или велит казнить. Что толку без вины погибать?

Но Бирбал их не слушал и со всем усердием делал своё дело. Вскоре о нём услышал падишах и тотчас послал за Бирбалом солдата.

— Господин лекарь! — сказал он. — Я наслышан о твоей славе. Если ты и мне поможешь, я почту это за большую услугу. Во время войны я лишился ногтя с пальца на ноге. Многие лекари и врачеватели лечили меня, но не вылечили. Если от твоего лекарства будет польза, я на всю жизнь тебя обеспечу.

— Будьте спокойны, я вас вылечу, — ответил Бирбал. — Я знаю одно лекарство, приложу его, и через пять дней ноготь отрастёт. Соблаговолите дать повеление собрать всё, что для этого требуется.

Падишах обрадовался.

— О, господин лекарь! Много врачевателей перебывало у меня, но ни один не верил так твёрдо в своё лекарство, как ты.

— Верно говорю вам, если Бог поможет, вырастет ноготь не хуже прежнего. Но, конечно, лекарство моё не простое, трудновато будет собрать для него все части.

— Ничего трудного для меня нет, — откликнулся падишах. — Неужели я, великий падишах, не добуду всё, что для лекарства требуется?

— Трудно ли, нет ли, добыть — ваше дело. Но придётся нам составить договор: если за месяц вы всё не достанете, то с меня уже спроса не будет, а вы лекарей отпустите на волю. Ну а я обещаю: если вы когда-нибудь все части добудете, я тотчас к вам явлюсь.

Падишах подумал: «Этот лекарь впервые в моём городе и не знает, как богата моя казна. Разве есть такое лекарство, которое я не мог бы купить?»

Подумал так падишах, приободрился и написал договор, как просил Бирбал. А Бирбал в душе веселился: «Теперь-то уж скоро безвинные лекари выйдут на волю». И сказал Бирбал падишаху:

Чтоб вырос вновь у падишаха ноготь,
Для снадобья мне нужно немного:
Добудь скорей, о повелитель мира,
Улитки шерсть, достань цветы инжира.

Выслушал стихи падишах и приказал своему вазиру как можно скорее отыскать обе вещи. Вазир усердно хлопотал, изо всех сил старался, извёлся весь, да всё зря. А тут и срок уговора подошёл, месяц был на исходе. Волей-неволей пришлось падишаху выпустить из тюрьмы лекарей-индусов и мусульман. Собрал он их во дворце и спрашивает:

— Какую целебную силу имеют цветок инжира и шерсть улитки?

А Бирбал загодя потолковал с врачевателями, и они наперебой стали расхваливать лекарство. Ну, падишаху и нельзя было придраться к Бирбалу. «Видно, очень учёный человек этот лекарь», — подумал падишах и не стал на Бирбала гневаться.

Лекари денно и нощно благословляли Бирбала. Они сложились и поднесли своему спасителю кошель с деньгами.

Бирбал уехал из того царства и через несколько дней был уже в Дели. Рассказал он Акбару на дарбаре обо всём, что с ним приключилось. Падишах стал восхвалять мудрость Бирбала, а вслед за ним начали ахать и все придворные.

YouTube-канал «Искусствовед Ольга Д’Арт»

36 стратагем Басни Басни Александра Сумарокова Басни Владимира Шебзухова Басни Жана де Лафонтена Басни Ивана Крылова Басни Леонардо да Винчи Басни Сергея Михалкова Басни Эзопа Библейские притчи Большие притчи Буддийские притчи Ведические притчи Восточные притчи Греческие притчи Даосские притчи Даосские притчи от Чжуан-цзы Деловые притчи Деловые притчи о Пути торговли Дзэнские притчи Еврейские притчи Индийские притчи Исторические притчи Китайские притчи Конфуцианские притчи Короткие притчи Маленькие притчи Мифы Древней Греции Мифы и легенды Мифы индейцев Майя Новые притчи Поэзия Православные притчи Притчи Притчи для детей Притчи от Ошо Притчи про Насреддина Современные притчи Сутра ста притч Суфийские притчи Суфийские притчи от Джами Суфийские притчи от Руми Хасидские притчи Христианские притчи Эзотерические притчи