Большие притчи * Страница 46 из 69 * Olga Dias

Притча Бедные или богатые

Ольга Диас

Притча Бедные или богатые

Православная притча

Жила одна семья: мать и три дочери-подростка. Отец умер, а старшие дети вышли замуж, женились и разъехались. Средств к существованию было мало, но они научились неплохо довольствоваться малым.

За месяц до Пасхи пастор церкви, в которую они ходили, объявил, что их церковь решила собрать особое пасхальное пожертвование для одной очень бедной семьи. Пресвитер попросил прихожан откладывать деньги на пожертвование и проявить в этом щедрость.

Вернувшись домой, семья обсудила, каким образом они могут помочь этой семье. Решили, что если этот месяц они проживут на одной картошке, то смогут сэкономить для них двадцать долларов. Можно было ещё сэкономить на оплате электроэнергии, но для этого нужно было меньше включать свет и отказаться от радио.

Чтобы увеличить размер их пожертвования, старшая сестра начала подрабатывать, убирая дома соседей. Две младшие зарабатывали, присматривая за детьми знакомых.

В то время в магазине за пятнадцать центов можно было купить шерстяную верёвку, из которой каждой из девочек по очереди удавалось связать по одной кухонной прихватке для горячего. Каждую из них можно было продать на базаре по доллару. Так они заработали ещё двадцать долларов.

Это был самый замечательный месяц в их жизни. Каждый день они пересчитывали мелочь, желая узнать сколько накопили. По вечерам они часто сидели в потёмках, дружно представляя, как обрадуется эта бедная семья деньгам, собранным для них церковью.

У них в церкви было человек 80, и они решили, что, сколько бы они ни собрали, общая сумма точно будет раз в двадцать больше. Каждое воскресенье пастор напоминал прихожанам о пасхальном пожертвовании.

За день до Пасхи девочки пошли в магазин, где и обменяли всю их мелочь на три новенькие двадцатидолларовые купюры и одну десятидолларовую. Они неслись домой во весь дух, чтобы скорее показать их маме. У них никогда раньше не было столько денег.

Их мало волновало, что на Пасху у них не будет новой одежды. Зато у них было целых семьдесят долларов для по-настоящему несчастной семьи! От возбуждения они с трудом уснули.

Воскресным утром дождь лил как из ведра. Зонтика у них не было. Церковь находилась на расстоянии пары километров. Добираясь до церкви, они до нитки промокли. Дырявые туфли старшей сестры с картонными стельками внутри от влаги разбухли и покрылись пятнами. В то же время их сердца грело осознание того, что они смогут помочь кому-то, кто в этом очень нуждался.

Одетые с иголочки, сидящие в соседнем ряду девочки-подростки обсуждали их старую поношенную одежду. Каждая из сестёр с особым трепетом поучаствовала в сборе пожертвований: мама положила десятидолларовую купюру, а каждая из девочек по двадцать долларов. Всю дорогу домой из церкви они пели.

За обедом мама преподнесла дочерям сюрприз. Оказалась, что она купила к картошке дюжину яиц. Пасхальная жареная картошка с яичницей стала для них настоящим праздником!

Неожиданно в их дверь постучал пастор. Мать открыла дверь. Через минуту она вернулась за стол, держа в своих руках конверт. Не говоря ни слова, она открыла конверт и высыпала его содержимое на стол. К их удивлению, перед ними оказалось три новенькие двадцатидолларовые купюры, одна десятидолларовая и семнадцать купюр по доллару.

Они сидели молча, уставившись в купюры. Ещё минуту назад они чувствовали себя миллионерами, а теперь — нищей, несчастной семьёй.

На самом деле, девочки считали себя по-настоящему счастливой семьёй и даже испытывали жалость к тем, у кого не было таких, как у них, мамы с папой, и дома, полного братьев, сестёр. Присматривая за детьми в других семьях, девочки знали, что у других семей имеется много вещей, которых не было у них, но им и в голову не приходило, что они бедные. В тот пасхальный день они это узнали — пастор принёс им деньги, предназначенные для «бедной семьи», и, стало быть, они такими являются.

Осознание своей бедноты им не нравилось. Девочки на секунду взглянули на свои платья и поношенные туфли. Внезапно ими овладел такой стыд, что им сразу же расхотелось ходить в церковь. Особенно учитывая то, что там их считали бедными!

Тишину размышлений прервал шелест купюр, которые их мама собрала обратно в конверт.

Всю следующую неделю девочки ходили в школу, особо ни с кем не разговаривая. Наконец, в субботу мама спросила, что бы они хотели сделать с деньгами. Никто из них ничего не ответил: откуда же они знали, что с деньгами делали бедняки? Они же и мысли не имели о своей бедности. Идти в церковь в воскресенье совсем не хотелось, но мама настояла на своём. Хотя день был солнечным, всю дорогу они молчали. Мама начала было петь, но песню никто не подхватил.

На богослужении в церкви проповедовал миссионер из Африки. В своей проповеди он рассказал, как африканцы лепят и обжигают кирпичи на солнце для строительства здания своей церкви. В заключение проповеди миссионер попросил церковь помочь их африканским братьям и сёстрам перекрыть крышу здания. Кровля здания стоила сто долларов.

Услышав озвученную сумму, девочки улыбнулись — первый раз за эту неделю. Мама открыла сумочку, достала конверт и положила его в корзину для пожертвований.

Пересчитав деньги, пастор объявил, что церковь собрала ровно сто долларов. Эта новость очень удивила миссионера, который вовсе не ожидал такого большого пожертвования от их маленькой церкви. Растрогавшись, миссионер сказал:

— Я даже и не знал, что среди вас есть столь богатые люди!

И вдруг девочек осенило — из этих ста долларов 87 были пожертвованы ими. Так, по словам миссионера, они оказались самой богатой семьёй их церкви. С этого дня они никогда более не считали себя бедняками!

YouTube-канал «Искусствовед Ольга Диас»

Притча Истинный счастливец

Ольга Диас

Притча Истинный счастливец

Православная притча

Один учитель, знаменитый своими знаниями, долго и усердно молил Бога показать ему такого человека, от которого бы он мог узнать прямейший путь, удобно ведущий к Небу. Однажды, когда он, проникнутый этим желанием, усерднее обыкновенного воссылал молитвы, ему показалось, что он слышит глас свыше, повелевающий ему выйти из кельи к притвору церковному: «Там, — говорил голос, — найдёшь ты человека, которого ищешь».

Вышел учитель и нашёл у дверей церковных нищего старца, всего покрытого язвами и ранами, в самом жалком виде. Проходя мимо, учитель сказал ему обычное приветствие:

— Добрый день тебе, старец!

А старец отвечал:

— Не помню, чтобы для меня был какой-нибудь день недобрым.

Учитель остановился и, как бы исправляя своё первое приветствие, промолвил:

— Я желаю, чтобы Бог дал тебе счастье.

А старец отвечал:

— Я несчастливым никогда не бывал.

Удивился учитель и, подумав, что не вслушался или не понял его ответа, присовокупил:

— Что ты говоришь? Я желаю, чтобы ты был благополучен.

— А я отвечаю тебе, что злополучным не бывал, — сказал старец.

Тогда учитель сказал:

— Желаю тебе того, чего ты сам себе желаешь.

— Я ни в чём не нуждаюсь и имею всё, что желаю, хотя и не ищу временного благополучия.

— Да спасёт же тебя Бог, — сказал учитель, — если ты презираешь мирские блага. Однако скажи мне, неужели ты один счастливец между людьми? Стало быть, несправедливы слова Иова: человек бо рождён от жены малолетен (Иов. 14:1) и жизнь его наполнена бедами; не понимаю, как один ты умел избежать несчастий?

— Точно так, как я сказал тебе, — возразил старец. — Когда ты пожелал мне доброго и счастливого дня, что я никогда несчастливым и злополучным не бывал, потому что то, что имею, мне Бог дал, за то благодарю. А счастье моё в том и состоит, что я не желаю счастья. Боязнь счастья и несчастья опасна только тому, кто их боится. Но я не забочусь о счастии и никогда не молю о нём к Небесному Отцу, всем управляющему, и, таким образом, я никогда не был несчастливым, подобно тому, желания которого всегда исполняются. Голоден ли я? Благодарю за то Бога, как Отца, ведущего вся, их же требуем (Мф. 6:8). Холодно ли мне, страдаю ли от непогоды, — также хвалю Бога. Смеются ли все надо мною, — равно хвалю Его, потому что знаю, что всё это делает Бог, и невозможно, чтобы то, что делает Он, было худо. Таким образом, всё, — приятное и противное, сладкое и горькое, — принимая радостно, как от руки доброго Отца. Желаю только того, чего желает Бог, и потому всё случается по моему желанию. Злополучен тот, кто ищет счастья в мире, потому что нет здесь другого счастья, как только полагаться во всём на волю Божию. Воля Господня и совершенно добра, и совершенно правосудна; она ни лучшею сделаться, ни худою быть не может. Она судит всех, её — никто. Я стараюсь совершенно её держаться и забочусь только о том, чтобы хотеть того, чего хочет Бог, и не желать того, чего он не желает. А потому и не считаю себя нисколько несчастливым, когда мою волю совершенно соединяю и согласую с волей Божией, так что у меня одно хотение или нехотение: чего хочет или не хочет Бог.

— По убеждению ли своему ты это говоришь? — возразил учитель. — Скажи же мне: так же ли ты думал бы, если бы Богу угодно было послать тебя в ад?

— Богу послать меня в ад? — воскликнул старец. — Но знай, что у меня два плеча дивной силы, которыми бы я ухватился за Него объятием неразлучным: одно плечо — моё глубочайшее смирение, а другое — нелицемерная любовь к Богу. Этими раменами я так бы крепко обнял Бога, что куда бы ни был Им послан, туда — бы и Его повлёк с собою, и, конечно, для меня приятнее было бы быть вне небес с Богом, нежели в небе без Него.

Удивился учитель ответам старца и понял, что кратчайший путь к Богу — быть во всём согласным с Его волей. Желая, однако, ещё более испытать премудрость старца, столь сокровенную в худой храмине его тела, он спросил его:

— Откуда ты пришёл сюда?

— От Бога, — отвечал старец.

— Где же ты нашёл Бога?

— Там, где оставил всё мирское.

— А где оставил ты Бога?

— В чистоте мыслей и доброй совести.

— Кто ты сам? — спросил учитель.

— Кто бы я ни был, — отвечал старец, — но я так доволен моим положением, которое ты видишь, что поистине не поменялся бы им на богатство всех царей земных. Каждый человек, умеющий владеть собою и повелевающий своими мыслями, есть царь.

— Следовательно, и ты царь: где же твоё царство?

— Там, — отвечал старец, указывая на Небо. — Тот Царь, кому это Царство возвещено несомненными чертами.

— Кто тебя научил этому? И кто дал тебе эту премудрость? — спросил, наконец, учитель.

— Скажу тебе, — отвечал старец, — что я целые дни провожу в молчании и, молюсь ли, упражняюсь ли в благочестивых мыслях, всегда забочусь об одном, чтобы крепко быть соединённым с Богом. А соединение с Богом и согласие с Его волею всему научают.

Так учитель, научившись беседою с нищим и преподавши ему мир, возвратился к себе, хваля и славя Бога, утаившего сию от «премудрых и разумных» и открывшего убогому старцу, младенчествующему злобою (Мф. 11:25).

YouTube-канал «Искусствовед Ольга Диас»

Притча Глухой колокол

Ольга Диас

Притча Глухой колокол

Православная притча

В далёкие прежние времена жил человек один, именем Власий. Не любил народ этого Власия, крутого нрава был человек никому пощады не давал, кто по нужде попадал в его руки.

Большие богатства имел он, а всё ему было мало. Так и норовил, как бы лишнюю копейку сорвать с бедного человека. Многих разорил он на своём веку, многих пустил по миру.

Время шло, стариться начал Власий, спина колесом согнулась, ноги трясутся, глаза плохо видеть стали. Повстречал однажды Власий странного человека, что шёл с котомочкой за плечами по святым местам. Остановил его Власий и говорит:

— Помолился бы за меня, странничек, у святых угодников, чтобы из меня хворь вышла Вот тебе грошик, помолись, батюшка.

Но странный человек не взял денег.

— Помолиться я за тебя помолюсь, а денег мне твоих не надо… Кровь и слёзы на них, на деньгах-то этих…

Рассердился Власий.

— Никакой, — говорит, — на них крови нету, деньги, как деньги; а не хочешь брать, не надо, нам больше останется.

— То-то, что много, — отвечает странник, — ишь от тяжести их всю спину тебе скрючило, верно тяжело носить такие богатства, не под силу… с другим бы поделился, глядишь и легче станет.

Сказал это странный человек и ушёл, а Власий крепко задумался над его словами. «А может, и в самом деле, — думал он, — полегчает, коли я сделаю доброе дело». А в это время в селе новая церковь строилась. «Пожертвую я в эту церковь новый колокол, — решил Власий, — дело святое, Божье, глядишь и легче станет, да и народ спасибо скажет».

Думал, думал Власий: хочет колокол повесить, да денег жаль. А хворь всё сильнее развивается в нём: «Может, полегчает, пожертвую». И заказал большой колокол, а на нём надпись велел сделать, что пожертвован он во славу Божию таким-то.

Отлили колокол, привезли, повесили. Власий ходит, на народ самодовольно посматривает — смотрите, мол, каков я есть, ваш благодетель!

Как всё было готово, пошёл на колокольню пономарь, стал язык раскачивать, а народ стоит вокруг колокольни и ждёт первого удара. Долго раскачивал пономарь язык, наконец, ударил, а звука не вышло, а так, не то стон, не то хрип какой-то…

Дивится народ, что, мол, за притча такая? Побагровел Власий, сам полез на колокольню.

— Пономарь-то, — говорит, — видно никуда не годится: ни силы у него нет, ни уменья.

Сам начал раскачивать, ударяет, а звука нет. Отыскался в толпе дюжий парень, силища такая, что смотреть страшно, один нагруженный воз из грязи вытаскивал.

— Дайте, православные, я ударю, авось, у меня силы хватит.

Пустили его на колокольню. Живо раскачал язык, ударил, но молчит колокол, только так хрип один несётся. Стал народ молебны служить, но не хочет звонить колокол.

Призадумался Власий. Опять повстречал того же странника и говорит ему:

— Скажи ты мне, странный человек, что за притча такая: сделал я Божье дело, повесил колокол, а не звонит он.

Посмотрел странный человек прямо в глаза Власию и говорит:

— И не будет звонить!

— Почему?

— На неправедные деньги сделан он. Но слушай, Власий, научу я тебя, как заставить зазвонить этот колокол… только дорого это будет стоить.

— Ничего не пожалею я, — отвечает Власий, — чтобы зазвонил он, на людей мне смотреть зазорно… Говори, сколько будет стоить.

Взял Странник Власия за руку и говорит ему:

— Много ты горя сделал бедному люду, многих разорил, никого ты не щадил: ни старого, ни малого, ни больного, ни увечного. Много слёз пролито по твоей вине… Слушай, ты ещё можешь загладить вину свою великую. Раздай свои богатства тем, кого ты обездолил, и хворь твоя пройдёт, и колокол зазвонит, и помирать легче будет.

Потупился Власий, стоит, трясётся, а странник продолжает:

— Раздай, Власий, пока не поздно, всё равно в могилу с собой не возьмёшь. Раздай, говорю тебе.

Заплакал Власий, упал на колени перед странником:

— Спасибо тебе, Божий человек, что просветил меня… пойдём!

Собрал Власий народ возле церкви, перекрестился, поклонился на четыре стороны и говорит:

— Простите меня, православные, что столько грабил вас; берите все мои богатства, ничего мне не нужно; пойду я в монастырь Божий замаливать свои грехи великие.

— Бог тебе простит, — кричит народ.

А странник говорит:

— Служите, православные, молебен, да бейте в колокол!

И случилось чудо великое. Едва коснулся железный язык колокола, вместо прежнего глухого стона пронеслись могучие раскаты благовеста. Широкой волной разливается благовест. Весь народ, как один человек, опустился на колени и плачет и крестится. И начал с той поры звонить этот колокол во славу Божью, а Власий ушёл в далёкий монастырь, где и сложил свои старые кости.

YouTube-канал «Искусствовед Ольга Диас»

Притча Кто меньше желает, тому больше даётся

Ольга Диас

Притча Кто меньше желает, тому больше даётся

Православная притча

Было три брата; ничего больше не имели они на белом свете, кроме одного грушевого дерева, и стерегли то дерево по очереди: один оставался подле груши, а двое других уходили на подёнщину.

Однажды Бог послал ангела посмотреть, как живут братья, и если плохо — то наделить их лучшим пропитанием. Ангел Божий сошёл на землю, обратился в нищего и, подойдя к тому, который оберегал дерево, попросил у него одну грушу. Этот сорвал из своей доли, подал ему и говорит:

— Вот тебе из моей доли; из братниных не могу тебе дать.

Ангел поблагодарил его и удалился.

На следующий день остался другой брат стеречь дерево; опять пришёл ангел и попросил одну грушу. И этот сорвал ему из своей доли, подал и говорит:

— Вот тебе из моей доли; из братниных не могу тебе дать.

Ангел поблагодарил и ушёл. Когда настал черёд третьему брату оберегать дерево, опять подошёл ангел и попросил уделить ему одну грушу. И третий брат сорвал из своей доли, подал ему и говорит:

— Вот тебе из моей доли; из братниных не могу тебе дать.

Когда настал четвёртый день, ангел сделался монахом, пришёл рано поутру и застал всех троих братьев подле избы.

— Идите за мною, — сказал им ангел, — я наделю вас лучшим пропитанием.

Они пошли за ним, не говоря ни слова. Приходят к большому бурливому потоку.

— Чего бы ты желал? — спросил ангел старшего брата.

А он в ответ:

— Чтобы из этой воды сделалось вино и досталось бы мне.

Ангел перекрестил посохом ручей — и вместо воды потекло вино: тут приготовляют бочки, тут вино наливают…

— Вот тебе по твоему желанию! — сказал ангел старшему брату и оставил его на том месте, а с двумя другими пошёл дальше.

Вышли они на поляну — всю поляну голуби прикрыли. Тогда спросил ангел среднего брата:

— Чего ты желаешь?

— Чтобы всё это были овцы и принадлежали бы мне.

Ангел Божий перекрестил поле своим посохом — и наместо голубей явились овцы: откуда взялись овчарни, одни бабы доят, другие молоко разливают, третьи снимают сливки, иные сыр делают, иные масло топят…

— Вот тебе по твоему желанию! — сказал ангел.

Взял с собой младшего брата, пошёл с ним по полю и спросил:

— А тебе чего б хотелось?

— Мне ничего другого не надо, только бы дал мне Господь жену от праведной христианской крови.

Тогда сказал ангел:

— О, это не легко достать; во всём свете только и есть три такие: две замужем, а одна девица, и за ту двое сватаются.

Идучи долго, пришли они в один город, в котором был царь, а у него дочь от праведной христианской крови. Как пришли в город — сейчас к царю просить у него невесту, а там уже сватаются за неё два царя. Стали и они свататься. Когда увидел их царь, сказал своим приближённым:

— Как же быть теперь: эти — цари, а эти — словно нищие перед ними?

— А знаете ли что? — сказал ангел. — Сделаем-ка так: пускай невеста возьмёт три лозы и посадит их в саду, назначив каждому из женихов какую хочет; на чьей лозе будет поутру гроздья, за того пускай и выйдет замуж.

Все на то согласились; царевна посадила в саду три лозы и каждому назначила свою. Глянули поутру, а на лозе бедняка гроздья. Тогда царь, нечего делать, отдал дочь свою младшему брату, и обвенчали их в церкви. После венца отвёл их ангел в лес и оставил там; здесь жили они целый год. А когда исполнился год, сказал Господь ангелу опять:

— Пойди, посмотри, как живут те сироты; если в нужде, надели их больше.

Ангел спустился на землю, обратился опять в нищего; пришёл к тому брату, у которого поток лился вином и попросил у него чашу вина. Но тот отказал ему, говоря:

— Если всякому давать по чаше, так и вина не достанет!

Когда услышал это ангел, тотчас перекрестил посохом — и полился поток, как прежде, водою.

— Нет же тебе ничего, — сказал он старшему брату, — ступай под свою грушу, стереги её!

Затем удалился оттуда ангел; пришёл к другому брату, у которого всё поле овцы прикрыли, и попросил у него кусок сыра. Но тот отказал ему, говоря:

— Если всякому давать по куску, так и сыра не достанет!

Когда услышал это ангел, тотчас перекрестил посохом поле — и наместо овец вспорхнули голуби.

— Нет же тебе ничего, — сказал он среднему брату, — ступай под свою грушу, стереги её!

После того пошёл ангел к младшему брату посмотреть, как он живёт. Приходит, а он со своей женою живут в лесу бедно, в хижине. Ангел попросился к ним переночевать — они охотно, от всего сердца, его приняли, и стали упрашивать не поставить им того в вину, что не могут угостить его так, как бы желали.

— Мы люди бедные! — говорили они.

— Ничего, — отвечал ангел, — я доволен и тем, что есть.

Что будешь делать? Муки у них не было, чтобы замесить настоящий хлеб; так они толкли древесную кору и из той приготовляли хлеб. Такой-то хлеб замесила теперь хозяйка для своего гостя и посадила в печь. Стали они разговаривать; после, глядь, — готово ли? А перед ними настоящий хлеб, и такой славный, так поднялся высоко… Увидя то, муж с женой возблагодарили Бога:

— Слава тебе, Господи, что можем угостить странника!

Подали хлеб гостю, принесли кувшин с водою, и только стали пить — а в кувшине вино. В то время ангел перекрестил своим посохом хижину, и на том самом месте стал царский дворец, а в нём всего много. Ангел благословил их и оставил там, и прожили они счастливо весь свой век.

YouTube-канал «Искусствовед Ольга Диас»

Притча Выбор креста

Ольга Диас

Притча Выбор креста

Православная притча

Был один простодушный поселянин, который жил трудами рук своих, но зарабатывал очень мало: едва доставало ему, чем прокормить себя и семью свою. Раз пошёл он к берегу моря, присел на камень и стал смотреть, как к пристани подходили большие корабли с богатыми товарами, и как потом эти товары выгружали и везли в город для продажи. И запала ему в голову грешная мысль: «Зачем Господь одним людям послал богатство и всякое довольство, а других оставил жить в бедности?» И начал он роптать на свою горемычную долю.

Между тем полуденное солнце сильно пекло; бедняка стала одолевать дремота, и он незаметно заснул. И снится ему, что стоит он у подошвы высокой горы; подходит к нему почтенный старец с длинною бородою и говорит ему:

— Иди за мной!

Он послушался и пошёл за ним. Долго они шли и, наконец, пришли на такое место, где лежало великое множество крестов всякого вида и различной величины. Были кресты большие и малые, золотые и серебряные, медные и железные, каменные и деревянные. И говорит ему старец:

— Видишь, сколько здесь крестов? Выбирай себе любой и неси его на вершину той самой горы, которую ты видел пред собой.

Взглянул наш простец на золотой крест: такой он красивый, точно красное солнышко блестит. Понравился ему этот крест, и он хотел взять его на плечи, но сколько ни трудился, не мог этот крест не только поднять, но и с места сдвинуть.

— Нет, — говорит ему старец, — видно, не внести тебе этого креста на гору. Бери другой — серебряный. Может быть, он будет по силам.

Взял простец серебряный крест. Этот был, правда, легче золотого, но всё-таки и с ним он ничего не мог поделать. То же было и с медным, и с железным, и с каменным крестами.

— Нечего делать, — говорит ему старец, — бери один из деревянных крестов.

Тогда взял себе простец самый малый из деревянных крестов и легко и скоро отнёс его на ту гору. Обрадовался он, что нашёл, наконец, один крест по своим силам, и спросил своего спутника:

— А какая награда мне будет за это?

— Чтобы ты сам рассудил, чем наградить тебя, — отвечал ему тот, — я открою тебе, что это за кресты, которые ты видел. Золотой крест, который так тебе сначала приглянулся, — это царский крест. Ты себе думаешь: как хорошо и легко быть царём. А того не соображаешь, что царская власть — самый тяжёлый крест. А серебряный крест — это крест всех тех, кто властью облечён, — это крест пастырей Церкви Божией, крест ближайших слуг царёвых. У всех них тоже много забот и скорбей. Медный крест — это крест всех тех, кому Бог богатство послал. Ты вот им завидуешь и думаешь, какие они счастливые. А богатым тяжелее жить, чем тебе. Тебе, после своих трудов, можно спокойно уснуть: никто не тронет твоей убогой хаты и твоего малого добра. А богатый человек всегда — и днём и ночью — боится, как бы кто-нибудь не обманул его, не обокрал, не поджёг его дом. Кроме того, богатый за богатство своё ответ Богу даст: как он своё богатство употребляет. А случится беда — обнищает богач: сколько скорбей тогда на него обрушится! А вот железный крест — это крест людей военных. Порасспроси тех, которые бывали на войне, и они скажут тебе, как им часто приходилось проводить ночи на голой, сырой земле, терпеть голод и холод. Каменный крест — это крест людей торговых. Тебе нравится их жизнь, потому что им не приходится работать, как тебе? Но разве не бывает, что едет купец за море, тратит весь свой капитал на товар, а товар весь гибнет от кораблекрушения, и возвращается несчастный купец домой совершенным бедняком? А вот деревянный крест, который ты так легко внёс на гору, это и есть твой крест. Ты жаловался, что жизнь у тебя трудная, а теперь вот видишь, что она гораздо легче, чем жизнь других людей. Знал сердцеведец Господь, что во всяком другом звании и положении ты погубил бы свою душу, вот Он и дал тебе крест самый смиренный, самый лёгкий — крест деревянный. Итак, ступай и не ропщи на Господа Бога за свою бедную долю. Господь даёт каждому крест по его силам — сколько кто может снести.

При последних словах старца поселянин проснулся, поблагодарил Бога за вразумительный сон и с того времени никогда больше не роптал на Бога.

YouTube-канал «Искусствовед Ольга Диас»

Свежие записи

Ссылки соцсети

Большие притчи

Притча Бедные или богатые

Православная притча

Притча Истинный счастливец

Православная притча

Притча Глухой колокол

Православная притча

Притча Кто меньше желает, тому больше даётся

Православная притча

Притча Выбор креста

Православная притча