Притча Кто умнее: Бирбал или Тансен?
Индийская притча
«Девятью драгоценными камнями» славился двор падишаха Акбара, «девятью сокровищами». И одним из них был мусульманин Тансен — великий мастер пения и музыки. Слава о Тансене дошла до чужих краёв. Даже цари из дальних стран приезжали в Индию послушать его пение. Возвратившись домой, они продолжали хвалить и славить Тансена. Делийские мусульмане очень гордились Тансеном: нет, мол, никого лучше него при дворе падишаха. А индус Бирбал был по должности выше, и придворных это сильно печалило. Они только и искали случай удалить Бирбала, и всё старались, будто невзначай, похвалить Тансена при государе.
Однажды на дарбаре падишах беседовал с вельможами. Один из них начал ум Тансена нахваливать: таких умных, дескать, и на свете больше нет, а о Бирбале — ни слова. Падишах слушал-слушал, да и говорит:
— Всё-то вы Тансена хвалите, может, это и так, но до Бирбала ему далеко.
Слова эти для придворных были как пощёчина, но дело было на дарбаре, и они промолчали. Вечером сошлись вельможи у одного сардара и сговорились устроить праздник. Разубрали, разукрасили зал в доме сардара, посреди зала поставили золотой трон для падишаха. Приглашён был туда и Тансен со своими инструментами. Потом самые именитые вельможи пошли уговаривать Акбара пожаловать на праздник.
Когда вошёл падишах, Тансен запел весёлую песню «Дипак»154. И в тот же миг вдруг сами собой зажглись все светильники, в зале стало светлым-светло. Время было летнее, солнце пекло. Тансен вскоре заметил, что падишаха томит духота, и запел «Малар»155. Сразу же пошёл дождь, воздух посвежел, в зале стало прохладно. Очень кстати был этот дождь и всем принёс отраду.
Падишаху пришлась по душе забава, что придумали для него сардары. А у них был свой расчёт. Увидев, что Акбар в хорошем расположении духа, они осмелели. Самый знатный вельможа Мумтазуддин почтительно сложил руки и сказал:
— Владыка мира! Теперь вы воочию убедились, сколь велик ум Тансена. Отныне вы, наверно, и сами будете считать его мудрее Бирбала и по справедливости отдадите должность Бирбала Тансену. Мы на это надеемся.
Другие сардары поддакнули. Видит падишах, что все вельможи заодно, все — против Бирбала.
— Вы правы, Тансен и впрямь очень образованный человек, а всё же с Бирбалом тягаться не может. В скором времени я докажу это на деле, и тогда вы сами убедитесь.
Прошло время, и сардары забыли об этом разговоре. Тогда падишах написал письмо царю Бирмы, запечатал его и приказал Тансену и Бирбалу отвезти в Бирму.
В напутствие падишах сказал:
— Смотри, Тансен, дело это важное, тайное, никто другой с ним не справится. Не зря я вас вдвоём посылаю. Поспешите к бирманскому махарадже, всё уладьте и поскорее возвращайтесь.
— Хорошо, всё исполним, — ответили Тансен и Бирбал. Они спрятали письмо и, собравшись, в тот же день пустились в дальний путь.
В дороге Бирбал всё думал-гадал: «Не иначе как тут большая тайна скрыта. Ну ладно, подождём, скоро всё само собой и откроется. Глупо изводиться понапрасну. А как придёт пора — тут уж гляди в оба!»
И Тансен призадумался: «Похоже, дело это очень трудное. Недаром падишах послал с Бирбалом меня, видно, одному ему не справиться. Вот и хорошо, постранствую по свету, а когда порадую махараджу своим пением, ещё и награду получу». От этих мыслей радость распирала ему грудь.
Падишах дал им быстроногих коней, и путники всего за несколько дней добрались до столицы Бирмы. Солнце уже заходило, и пришлось им заночевать под городскими стенами. Бирма — страна лесистая, гористая, места чужие, незнакомые; и Бирбал предложил спать по очереди: каждому — два часа спать, два — караулить.
Первым встал на караул Бирбал. Вдруг, откуда ни возьмись, подходит к нему незнакомый старик и говорит:
— Мне кажется, что вы чужестранцы, а тут джунгли, львы бродят, опасно вам здесь ночевать. Пойдёмте ко мне, отдохнёте в моей лачуге, а на заре поедете своим путём.
Бирбал сначала отказался, но старик уговорил путников. Сев на коней, они поехали к нему, благо, лачуга была недалеко. Коней привязали во дворе под навесом и вслед за хозяином вошли в дом.
На рассвете Бирбал встал и начал собираться в путь-дорогу, но тут во двор приковылял, опираясь на посох, старик. Стал он Бирбала упрашивать:
— Уж и не знаю, за какие заслуги в прежней жизни послал вас Господь в мою лачугу. Ночью я не смог вас угостить да приветить, стыдно мне, но теперь не приличествует вам уезжать голодными. Не обижайте меня, простого человека, согласитесь принять скудное угощение, как и вера наша велит.
А Бирбал с Тансеном уже сутки ничего не ели. К тому же, сторона чужая, свои порядки — когда-то ещё поесть удастся! А главное — не годится старика обижать. И Бирбал согласился позавтракать. Обрадовался старик и приготовил еду из лесных плодов и кореньев. Поели путники, распрощались с хозяином — и в город.
Красивы улицы в бирманской столице! Дома высокие, во много этажей, куда лучше, чем в Дели. И раджа был добрый и храбрый, своих подданных любил, под его рукой народ жил припеваючи. Сильный слабого не обидит, тигр и коза — и те на водопой рядом шли. Словом, ни в сказке сказать, ни пером описать, как на той земле обетованной жили. Истинное царство Рамы! Чиновники блюли законы и стояли за правду. Лихоимство под корень вывели, а если кто-то предлагал взятку, его тут же наказывали.
Горожане догадались, что путники в роскошных нарядах — люди высокопоставленные, и встречали их приветливо. Ехали Бирбал с Тансеном по улицам и расспрашивали, где царский дворец. У ворот встретил их дворецкий и сказал:
— Добро пожаловать! Откуда путь держите, почтенные, и с какой целью прибыть изволили?
— Мы — жители Дели. Приехали повидать махараджу, привезли послание от нашего падишаха, — ответил Бирбал.
Дворецкий повёл гостей в царский совет. Оставил их в приёмной, а сам пошёл доложить о приезде чужестранцев. Махараджа велел им войти. Они приветствовали махараджу очень учтиво и по его знаку сели на указанные места. Кончил махараджа свои дела и начал гостей расспрашивать: зачем, мол, пожаловали. Бирбал молча подал письмо падишаха. Махараджа распечатал его и стал читать, а там было написано: «Этих чиновников надо казнить за тяжкое преступление. Но здесь этого сделать нельзя: народ может взбунтоваться. Поэтому посылаю их к вам. Соблаговолите совершить наказание, как мы просим».
Прочитал махараджа письмо и подал его своему главному советнику. Понял тот, что тут кроется какая-то тайна, и сказал государю:
— Надо посадить их временно в тюрьму, а там поразмыслим и поступим как подобает.
Раджа обрадовался умному совету и велел приезжих вельмож на две недели заточить в тюрьму.
Тансен сильно забеспокоился, когда ему надевали кандалы, и совсем голову потерял. Заметил это главный советник раджи и объяснил:
— Причина этого наказания — в письме, что вы привезли. Так повелел ваш падишах.
Тансена и Бирбала отвели в тюрьму, и тут Тансен взмолился:
— Бирбал, братец! В какую ж беду мы попали! Пришёл, видно, наш смертный час. Моя голова ничего не соображает, вся надежда на вас. Сделайте милость, придумайте что-нибудь.
А Бирбал разгадал замысел падишаха и даже ахнул про себя: «Вот ведь что затеял падишах, лишь бы устроить проверку нашему уму!» Чтобы уменьшить тревогу Тансена, вслух он сказал:
— Милый Тансен! Я придумал средство спастись. Удастся — хорошо, а нет — не миновать нам гибели. Вот что я надумал: перед казнью каждый из нас должен просить, чтобы его повесили первым. Вот и всё, лучшего средства я не вижу.
В тоске и горе встретили узники день казни. Вот повели их солдаты на виселицу. Тансен внешне весел и доволен, а на душе у него кошки скребут. Когда пришли они на место казни, Бирбал вышел вперёд и говорит:
— Братцы, вешайте меня первым.
А Тансен Бирбала отталкивает, на его место становится и кричит:
— Ну нет! Этому не бывать! Я первый!
Так они долго спорили, кому умирать раньше. Видит палач, что каждый так и рвётся раньше другого на тот свет отправиться, рассмеялся и решил, что они оба ума лишились. Он послал солдата передать эту весть махарадже. А у того как раз главный советник был, послушал он солдата и говорит махарадже:
— О, повелитель, я ведь сразу сказал: есть в этом деле какая-то тайна. Без причины никто в петлю не полезет. Надо позвать их сюда и хорошенько расспросить.
Махараджа послал солдата за чужестранцами и стал у них выпытывать: что это им не терпится умереть?
— Это тайна. Большой урон мы понесём, если она откроется, — ответил Бирбал.
Такой ответ ещё пуще раззадорил махараджу.
— Что ж, — пригрозил он, — не хотите говорить, так всю жизнь в тюрьме просидите, там и умрёте.
Бирбал пригорюнился, голову опустил, а сам в душе радость прячет.
— О, махараджа! Раз уж вы нас вынуждаете, делать нечего, придётся рассказать, хоть сердце-то не велит. О Господи! Великую потерю понесу я в будущем, если открою тайну. Ну ладно уж, благоволите выслушать! Уже давно страна ваша — как бельмо на глазу для нашего падишаха Акбара. Он только и думает, как бы прибрать её к рукам, да руки-то коротки — знает ведь ваше могущество. Однажды все вельможи и сановники собрались в дарбаре, и падишах решил спросить у них совета: как взять под свою руку бирманское государство. Думали-гадали придворные, но никто ничего придумать не смог. Тогда заговорил один старый, очень учёный брахман:
— Владыка мира! Есть одно средство, очень даже простое. Пусть бирманский раджа казнит двух ваших подданных. В следующем рождении первый казнённый станет бирманским раджой, а второй — его главным советником. Тот же, кто предаст их казни, всю жизнь будет прислуживать падишаху. Так бирманское царство само попадёт к вам в руки.
Долго судили-рядили вельможи про это дело, и, наконец, послали нас к вам. Так вы уж, будьте милостивы, не допускайте проволочки и немедленно прикажите нас казнить.
Эти диковинные речи открыли радже глаза на тайну чужестранцев! Он взглянул на своего вазира, а тот был потолковее и поумнее раджи. Он сказал:
— Владыка мира! Вижу я, как не терпится им умереть, и похоже, что он говорит правду. Разумный человек не станет сам себе вредить. Нужно отослать их обратно живыми.
Радже пришёлся по душе совет вазира. Пристально посмотрев на Бирбала и Тансена, он сказал им:
— Поезжайте назад в свою страну безо всяких препон. А падишаху скажите: «Раджа Бирмы тебе не слуга и твои приказы исполнять не желает. Если хочешь кого-то казнить — сам на своей земле и казни. Я же не стану понапрасну брать на себя вину за убийство».
Тансена томил голод, он только и думал, как бы поскорее улизнуть, но Бирбал упрямо стоял на своём:
— Почтеннейший раджа! Вы уже приказали меня казнить, а теперь передумали. Не к лицу это такому знаменитому правителю. Вы уж исполните приказ нашего падишаха. Не хотел я открывать нашу тайну, знал, что только повредим мы себе. Неужто не смилуетесь, не прикажете казнить нас?
— Чего ради мне самому на себя беду накликивать? А просьба Акбара для меня ничего не значит. Вот вам мой приказ: сей же час убирайтесь из города. А если помедлите, солдаты свяжут вам руки и выкинут за городские стены.
Сделал Бирбал скорбное лицо и вышел из дворца вместе с Тансеном. Выехали они из города и, одолев все невзгоды далёкого пути, приехали в Дели и сразу же явились во дворец.
Знал падишах, чем дело кончится. Встретил он Бирбала с Тансеном очень приветливо, велел сесть на самые лучшие места в дарбаре и стал расспрашивать про бирманского раджу. Не успел Бирбал рта раскрыть, как Тансен с жаром заговорил:
— Владыка мира! Только по милости Бирбала остались мы живы и домой возвратились! Если бы не он, давно бы расстались наши души с телами.
И рассказал по порядку всё, что с ними приключилось. Тогда падишах кивнул придворным-мусульманам:
— Слышали? Я ведь вам говорил, что Бирбал умнее Тансена, но вы упрямились, всё хотели поставить Тансена на место Бирбала. Нынче, слышите, сам же Тансен славит Бирбала, и вы, верно, поняли, что ошиблись. Я дал клятву испытать их обоих и испытал. Теперь-то, надеюсь, я не услышу от вас прежних речей о Бирбале. И ещё я всем вам — мусульманам — строго-настрого приказываю, чтобы больше никто не ссорился с индусами. Все наши подданные для нас одинаковы: что мусульмане, что индусы.
Сардар по имени Амир-хан сказал:
— Владыка мира! Теперь моё недоверие пропало. Пусть каждый получает должность, на какую он способен. Но одного мы никак в толк не возьмём: в Коране сказано, что следует признавать только одного Бога, а кто верует во многих богов — тот неверный. Заставьте же индусов веровать в одного Бога, и мы будем считать их братьями своими.
— Этому не бывать, — ответил падишах, — пусть каждый живёт по своей вере. Негоже объявлять человека плохим только из-за его веры. Того, кто будет притеснять индусов за их веру, я сурово покараю.
Услышали придворные грозный приказ падишаха и испугались. С тех пор пропала вражда, что была между ними.
36 стратагем Басни Басни Александра Сумарокова Басни Владимира Шебзухова Басни Жана де Лафонтена Басни Ивана Крылова Басни Леонардо да Винчи Басни Сергея Михалкова Басни Эзопа Библейские притчи Большие притчи Буддийские притчи Ведические притчи Восточные притчи Греческие притчи Даосские притчи Даосские притчи от Чжуан-цзы Деловые притчи Деловые притчи о Пути торговли Дзэнские притчи Еврейские притчи Индийские притчи Исторические притчи Китайские притчи Конфуцианские притчи Короткие притчи Маленькие притчи Мифы Древней Греции Мифы и легенды Мифы индейцев Майя Новые притчи Поэзия Православные притчи Притчи Притчи для детей Притчи от Ошо Притчи про Насреддина Современные притчи Сутра ста притч Суфийские притчи Суфийские притчи от Джами Суфийские притчи от Руми Хасидские притчи Христианские притчи Эзотерические притчи